Корзина

Нет товаров

Категории

Современная итальянская иконопись, Дон Джанлука Бузи (статья из каталога Divine Temple 2016)

08.08.2016

Современная итальянская иконопись, Дон Джанлука Бузи (статья из каталога Divine Temple 2016)

Современная итальянская иконопись

(Дон Джанлука Бузи)

Статья из каталога Divine Temple 2016

 

За последние десятилетия иконы постепенно вошли в храмы и дома верующих католической церкви латинского обряда.[1] [2] Каждая католическая страна или даже регион может поведать свою собственную историю «возвращения икон», и каждая такая история будет особенной – в зависимости от разницы восприятия искусства иконописи и его значения.

Богатая традиция этого искусства базируется на разнообразном прошлом, созданном приятием или отвержением иконы. Например, для католиков Италии довольно легко принять иконописное изображение, так как перед их глазами всегда имелись священные изображения, большинство из которых почитались со времен Средневековья. В то же время в Испании этот процесс намного более сложен, так как скульптурные священные изображения доминируют там в церковном искусстве над двухмерными, живописными.

Наследие канонической иконографии и ее возрождение для богослужения и молитвы распространялось благодаря тому вдохновению, которое имеет свои корни в недавней истории Русской Православной церкви, явившей подвиг мученичества в двадцатом веке.

Вначале был процесс перенесения иконографической традиции из России во Францию. Эта традиция заинтересовала некоторые католические круги и воодушевило исследования русской православной духовности. Свято-Сергиевский Институт в Париже стал перводвигателем и вдохновителем нового диалога между христианами.

В семидесятые-восьмидесятые годы появились яркие французские иконописцы, среди них католический священник, иезуит, Egon Sendler из общины Meudon, основатель нескольких иконописных мастерских во Франции. Отец Эгон был известным публицистом, приложивший много усилий для открытия иконы и русской духовности для западного мира. 

К сожалению, во Франции этот импульс заглох через несколько десятилетий, но его эстафету приняла Италия, став своеобразной «теплицей» для иконографии и изменив иконографию латинского католического мира.

Иконография в Италии в ее канонической форме, известной нам сейчас, развилась в период, последовавший после Второго Ватиканского собора, закончившегося в 1965 году. Это было замечательное время для Католической церкви. Среди основных целей собора, созванного Папой Иоанном  XXIII, было очищение богослужебной практики в послевоенном мире, стремление вернуться и снова открыть корни богослужения, словно зарытые в землю за столетия, попытка связать воедино концы единой нити исконной традиции первого тысячелетия и современной живой Церкви в современном мире.

Действительно, это было прекрасной возможностью возродить связь с первичной традицией раннехристианского периода. В то же время, это была уникальная возможность по-новому взглянуть на богатства Западной традиции, особенно в период от поздней готики до раннего Возрождения (XIII-XV века).  Так же, по ряду причин в то же самое время литургическая жизнь и живописное изображение претерпели изменения, которые привели к постепенной потере того пути, которого придерживалась традиция первого тысячелетия, что завершилось полной потерей этой традиции в маньеризме  XVI столетия.

В Италии феномен второго открытия иконы, в особенности, был неразрывно связан с появлении в стране русской диаспоры, появившейся в результате жестокостей октябрьской революции, вынудившей бежать из России в Европу множество людей в тридцатые и пятидесятые годы.

Большинство русских, вынужденных уезжать из СССР, прибывали, порой нелегально, в Париж и Свято-Сергиевский Институт, дававший им первичное убежище и помощь.  В то же время Институт стал хранителем национальной русской памяти, а также движущей силой, позволившей распространять в Европе традиции и культуру родины беженцев – России. Оглядываясь назад, на первую встречу с русской традицией с итальянской церковной культурой, надо отметить много личных контактов между католическими и русскими православными богословами. Происходит обмен иконографическими идеями между итальянской церковью и Русской Церковью в изгнании, примером чему является священник-иезуит, отец Roman Scalfi. Его опыт был обобщен позже, когда в 1957 был основан центр “Russia Cristiana”(«Христианская Россия») и далее – знаменитая иконописная школа "Seriate" неподалеку от Бергамо в 1979 году. В начале семидесятых священник из Падуи Don Sergio Mercanzin, после обучения в Папском Восточном Институте, заинтересовался иконографией, результатом чего стало открытие «Русского Экуменического Центра» в Риме. [3]

Нельзя обойти вниманием деятельность общины Сант-Эгидио в Риме, основанного в семидесятые годы профессором, историком церкви Andrea Riccardi. Община развила литургический образ, связанный с византийским богословием и литургией.

Иконописец Renata Sciachì основала иконописную мастерскую, положившую начало узнаванию и распространению иконы в Италии.  В Maniago, в северной Италии, экуменическая община в Бозе, основанная монахом Enzo Bianchi, стала важным центром для распространения знаний о богатствах христианской традиции благодаря своей знаменитой иконописной мастерской.

В заключение еще одна немаловажная вещь – недавно состоялась первая выставка итальянских иконописцев. Она была организована в 2015 итальянским Музеем современного искусства поколений (“MAGI900”) недалеко от Болоньи. [4]

Это стало настоящим веховым событием, привлекшим внимание общественности и масс-медиа к той крайне серьезной работе, которую проводят итальянские иконописцы – работы высочайшего профессионального и эстетического уровня. В Италии сейчас более тридцати преподавателей иконописи, посвятивших свою жизнь этому древнему искусству. Однако является очевидным, что это число легко может быть утроено, если мы добавим к нему иконописцев, совмещающих свое служение с преподаванием истории религии и истории искусства в общеобразовательных школах, членов религиозных общин, и т.д. Этот список, настолько полный, насколько это возможно, доступен на сайте, посвященном иконописи www.iconecristiane.it , где указаны также итальянские иконописные школы и мастерские. Некоторые преподаватели иконописи, благодаря знаниям богословия, полученным ими до этого благодаря академическому образованию, недавно начали плодотворное сотрудничество с богословскими факультетами своих регионов, добавляя к традиционному курсу иконописания один или более курсов богословия иконы[5]. Творчество этих мастеров представлено большим разнообразием стилей, но после внимательного рассмотрения мы можем, как кажется, проследить четыре категории, под которые подходят большинство иконописных тенденций (хотя, конечно, такой подход не застрахован от некоторого формализма). К первой категории относится те иконописцы, которые ищут контакта с традицией первого тысячелетия, считая своим источником вдохновения период так называемой «неразделенной Церкви».

Они вдохновляются общим для Востока и Запада наследием. Среди них я должен назвать Paul Orlando из Gorizia и Fabio Nones из Trento. Эти мастера создали десятки монументальных работ по всей Италии. Они настаивают на выборе натуральных материалов, предпочитая естественные пигменты и уделяют большое внимание анатомическому рисунку. Они вдохновляются наследием периодом ранней Церкви и за много лет достигли гармонии в своем искусстве.  Вторая категория включает современных иконописцев, вдохновленных так называемой Средневековой итальянской школой живописи. Это традиция, возникшая в нескольких областях Италии с XI века; в ней проявилось независимость и оригинальность, что отличает ее от доминирующего стиля этого периода, особенно от византийской живописи. Этот период длился примерно до 1204 и закончился с падением Константинополя при Четвертом Крестовом походе. После этого события, повлекшего за собой рождение латинской империи на востоке, восточные иконописцы эмигрировали из Константинополя и соседних регионов (таких, как Сербия и т.д.). Благодаря их деятельности в итальянской иконописи родился новый феномен (так называемый «греческий стиль»). Он возник во время так называемого периода итальянского Дученто, т.е. в XIII веке, представителями его являются Чимабуэ, Джотто, Дуччо. Знаменитые средневековые художники, представители этих региональных школ (которые быстро росли в районе между Умбрией и Тосканой) были Созио, Мелиоре и Коппо ди Марковальдо. Иконописцы, вдохновленные их живописью - John Raffa из Перуджи, Giuseppe Bottione из Милана, и Antonio de Benedictis из Бриндиси.  Третья категория иконописцев связана с особым опытом членов недавно основанного римского общества "In novitate radix". Точка зрения этих ученых и иконописцев опирается на очевидные факты – Рим, Вечный Город, сохраняет и по сей день, огромное количество икон первого тысячелетия по Рождестве Христовом, доступных зрителю. Иконописец Ivan Polverari, ведущий художник Римского общества, вместе с другими иконописцами, исследуют особый стиль этих римских икон. Новые образцы иконописи имеют высокий уровень оригинальности, они созданы в теснейшем контакте с произведениями, относящейся к первому тысячелетию и при глубочайшем уважении к ним. Выбор классических форм, пастельной гаммы и высочайшая выразительность ликов, возрождает в памяти римскую живопись первых столетий христианства, приводя к созданию оригинальных икон. Четвертой и последней группой является самая многочисленная, она основана на изучении иконописи золотого века русской Московской школы XIV-XVI столетий. Иконописцы этой группы посвятили себя созданию «истинных списков» самых знаменитых шедевров. Иконописцы, черпающие вдохновение в этом источнике, обязаны многим тем семенам, что были брошены в восьмидесятые годы в землю Италии русскими мастерами-иконописцами, работавшими в тесном контакте с итальянскими иконописцами и художественными организациями. Стоит назвать хотя бы некоторых из них (хотя я сознаю, что следовало бы назвать гораздо больше имен). Это Г. Доброт из Парижа, О. Овчинников из Санкт-Петербурга, А. Давыдов из Пскова, Т. Зинон из Москвы, Е. Зендлер из Парижа и А. Стальнов из Санкт-Петербурга. Благодаря своему длительному пребыванию в Италии, преподаванию и мастер-классам для демонстрации этапности написания иконы в сакральном пространстве, за более чем тридцать лет они сформировали группу итальянских мастеров-иконописцев. Александр Стальнов (мой учитель), является тем иконописцем, который, фактически, сформировал прямо или косвенно, самое большое число итальянских иконописцев. По моему мнению, это произошло благодаря тому, что, в отличие от других преподавателей, он был вдохновлен образами так называемого «золотого века» Московской школы, периода иконописцев Феофана Грека, которому наследовал мастер Дионисий. Особые формы этого стиля, характеризуемого аккуратностью письма, нежной цветовой гаммой, сдержанностью цветовых эффектов являются наилучшими для дидактических целей. Мастер-иконописец, на деле, помогает ученикам профессионально расти, прививая им строгую дисциплину, включающую в том числе работу над так называемыми «истинными списками», формируя тем самым особое мироощущение студентов-иконописцев. Начав с уважительной верности стилю «золотого века» Московской школы, пройдя долгие и трудные поиски, некоторые итальянские мастера создали свою школу, проделав путь от верности традиционному стилю до своих независимых взглядов на создание новых икон. Среди этих мастеров-иконописцев, список которых довольно велик, следует назвать Giovanni Mezzalira из Падуи, Don Giancarlo Pellegrini и Don Gianluca Busi из Болоньи. Давая панораму канонической иконографии в Италии и ее координаты, я должен также отметить ежегодные мероприятия, проводимые иконописными школами и иконописными мастерскими. На занятиях студент пишет икону, обычно копируя какую-то из знаменитых икон традиционной школы. Число таких курсов колеблется от 100 до 150 в год, в каждом принимают участие 9-10 студентов. Катехизический аспект духовности, передаваемый посредством искусства очень важен для кафолической веры; именно поэтому конференции или лекции, вводящие слушателя в глубины богословия, сокрытого в иконе, имеют особую важность. Практика такого рода, несомненно, будет расширяться, так как она дает нам глубокий опыт, открывающий евангельскую силу взаимного общения. Сложности, с которыми сталкивается иконопись в Италии, состоят в трудности признания ее католическими институциями. Церковная реальность, являемая и свидетельствуемая многими студентами, написанными иконами, а также мыслью, выражаемой во многих серьезных публикациях, не принимается многими людьми в расчет. Порой каноническая икона даже подвергается критике за малую креативность (некоторые комментаторы даже дают такое определение, как «ностальгическая нео-византийская школа»[6]) или подвергается серьезным обвинениям в рабском копировании православного наследия и «имплантировании» его в латинскую католическую среду. 

Я считаю, что усилия, сделанные за эти годы, являются живым свидетельством действия Святого Духа, бросившего в землю Католической церкви малое зернышко горчицы. Это зерно, как все мы знаем, есть вера, и это «зерно горушно» «когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные». (Мк.4:30-32)

 [1] Используя выражение «католическая церковь латинского обряда», я хочу исключить те католические церкви византийского обряда, называемые «униатскими», так как в них иконы всегда использовались в церковной и домашней молитве.

[2] Эта статья – ни что иное, как несколько переработанная глава из моей недавней книги: Gianluca Busi – Giovanni Raffa, Luce del tuo volto, Percorsi avanzati fra teoria e pratica, Dehoniana libri, Bologna 2014, 33-39.

[3] Институт был основан Папой Пием XI для обучения католических миссионеров для стран бывшего СССР.

[4] Выпущен каталог выставки, (ныне распроданный):  Aa Vv, Splendour of the tradition, Bologna 2015. Презентации конференции и документальные фильмы доступны на канале Youtube “gianluca busi”, Playlist “Museo MAGI900: mostre di icone italiane contemporanee”. Link: https://www.youtube.com/playlist?list=PL1fL6oi_la-GG1fI2MJEYRMjxw4W2RHzp

[5] Среди них мы должны особо выделить самые важные: Болонья, богословский факультет, профессор prof. Giancarlo Pellegrini; Бари, Bari, богословский факультет, профессор Antonio Calisi; Кальяри, папский факультет Сардинии, профессор, дон Джанлука Бузи.

[6] Я просто упомяну отрывок в качестве примера из недавно опубликованной книги, автор которой не вдается в детали и не развивает индивидуальный подход; это весьма характерно для мышления католических историков: «прочие религиозные изображения, как кажется, не покинули рамок благочестивого пиетизма. Если в прошлом такие свидетельства были экстраординарны, то теперь, как кажется, религиозная образность может базироваться только на переоткрытии мира нео-византинизма-романизма или поновления работ «Гвидо Рени». К сожалению, голографические изображения, патристические и дидактические, сделаны любителями. Что это – духовный суррогат и, возможно, знак неспособности церкви явить свое лицо, сложность жить здесь и сейчас, поворот назад, к ностальгии славного мира, который более не существует?» Dall'Asta Andrea, Dio storia dell’uomo, dalla parola all’immagine, EMP, Padove, 2013, 163